Откинув голову, Винсент зажмурился.
Скинуть его и уйти?.... нет, сбежать... он не понимает.... но он... так нежно, так... рискнуть?.. хотя бы попытаться....а если не выйдет... когда не выйдет...
Сжав кулаки, он диким усилием воли заставил мышцы расслабиться и попытался сконцентрироваться на приятных ощущениях, которые дарили ему прикосновения Дэмьена.

В какой момент Винсент забылся. Он сжал в ответ пальцы Дэмьена и погрузился в пучину легких мурашек, рожденных его прикосновениями и поцелуями. Он замер, стараясь не дышать и не спугнуть ощущение пустоты в голове. Еще через пару минут тело начало отзываться, а дыхание - сбиваться не только от страха.

До боли сжав пальцы Дэмьена, Винсент тихонько вскрикнул и, не вполне себя контролируя, попытался сесть. Прикосновение к собственному члену, именно так, породило четкие, как диафильм, воспоминания. Память услужливо рисовала перед глазами знакомые, совсем свежие картины. Там, где начиналось удовольствие, смешаное со стыдом и призерением к себе самому за слабость, за тело, которое не слушается, не понимает, насколько это мерзко, и насколько в будущем станет больно. Неизбежная капитуляция всегда, неизменно забирала волю, способность к сопротивлению, и все дальнейшее основывалось на боли, и только на ней.
Сейчас, в предрассветной мгле, Винсенту показалось, что он вернулся в прошлое. Всего лишь на один день. И, понимая, что все бесполезно, но не имея возможности ни избавиться от страха, ни подготовиться к нему, чувствуя, как от чего-то наливаются новой болью синяки на теле и начинает ныть порез на лице, он попытался вырваться, не важно куда и как на долго.
- Эрик, не надо....прошу тебя....

Когда вырваться не удалось, в голове у Винсента все будто бы встало на свои места. Он безвольно откинулся на подушку, закрыв глаза и закусив губу. Пальцы разжались и руки расслабились, теперь удерживаемые лишь Дэмьеном. Болезненное, смешанное со страхом, такое привычное возбуждение нарастало, хоть медик и старался его подавить. Хоть раз в жизни. Слова Дэмьена не дошли до Винса, и теперь он лежал, мелко вздрагивая и давясь стонами. Копя силы. Ибо знал, что перед концом снова начнет сопротивляться.

Сейчас, в темноте, глаза Дэмьена показались Винсенту темными, и он не узнал его. Слов шакала просто не услышал, потому что давно привык не слушать, что ему говорят в постели. И то, что Дэмьен по-прежнему удерживал его руки, тоже не способствовало развееванию кошмара. Винсент видел перед собой Эрика, выдумавшего новую игру. Собственное возбуждение стало просто нестерпимым, и понимание того, что постыдный огразм неизбежен, в какой-то миг придало сил. Винсент резко приподнялся, метя головой Дэмьену в переносицу и одновременно вырывая руки.

Отредактировано Винсент (2008-01-13 01:23:33)

То, что за этим, без сомнения, чрезвычайно дерзким поступком не последовало боли, порядком удивило Винсента. Он замер, прислушиваясь к себе и выравнивая дыхание. Мягкие, ласковые руки, их движение по спине, постепенно вернули к реальности, медик поднял глаза на Демьена, в них зажглось узнавание, и первым порывом было обнять в ответ, прижаться всем телом, спрятаться, возможно, даже заплакать от облегчения. Но спустя всего мгновенье Винс окончательно пришел в себя, понял, что никакой опасности не было, и чуть слышно застонал, зажмурившись. Возбуждение съежилось где-то внутри, оставив на месте себя жуткий, всеобъемлющий стыд и вину. Винсент, изловчившись, подтянул руки к лицу, зарылся в них, чувствуя, как его начинает колотить, и пошептал:
- Прости...

Черт возьми, неужели ты до сих пор хочешь?....я просто сломаная игрушка...
На этот раз Винсент не закрыл глаз, как и велел Дэмьен. Он даже моргать боялся. Просто лежал, стиснув побелевшие губы, и смотрел, изо всех сил смотрел, опасаясь снова не узнать, спутать. Ощутив прикосновение руки шакала, вздрогнул, зажмурился, пытаясь справится с собой, не оттолкнуть, но тут же снова вперил дрожащий взгляд в лицо Дэмьена. И, не выдержав, вцепился рукой в его плечо, прижимаясь ближе, но боясь обнять, разорвать контакт глаз. Возбуждение возвращалось, и оно было настолько непривычным... тело реагировало так, как предусмотренно природой, а не так, как учил Эрик.

Отредактировано Винсент (2008-01-13 02:04:49)

Не задумываясь, словно боясь впустить лишнюю мысль, Винсент подался вперед, прижимаясь губами к губам Дэмьена. Он не знал, насколько это походило на поцелуй. Он просто проводил губами по чужим губам, ощущая их вкус, легко касался языком. Рука сколькзнула шакалу за спину, глаза закрылись, возбуждение мягко и в тоже время остро разливалось по телу. Когда из темноты перед глазами снова начали всплывать картинки, Винсент до боли сжал другую руку в кулак и все же не отстранился.

Отредактировано Винсент (2008-01-13 02:22:35)

На этот раз слова доходили, каждое слово. И каждое слово рождало в душе самый настоящий ураган, тихое, нежное, страстное, так непохожее на... Винсент чуть задохнулся, ощутив прикосновение к бедру. Вторая рука, все еще сжатая в кулак, перекочевала на спину Дэмьену, а сам медик вглядывался в его глаза, и выражение их было знакомым, и снова тело не слушалось, отвечало, но сердце сжалось от подступающего страха. И, стремясь сбежать от него, Винсент притянул Дэмьена ближе и снова поцеловал, терзая губами и зубами чужие губы.

Когда смысл сказанно дошел до Винсента, тот замер, вытаращив на Дэмьена огромные глаза и даже забыв испугаться. А потом... потом неожиданно улыбнулся, тепло, нежно и, как ни странно, зазывно.
Хитрый шакал!... Неужели выйдет?....
- Не боишься, что снова приму тебя за Эрика и начну мстить?

Не обращая внимания на легкую дрожь нерешительности, Винсент вывернул свою руку из под руки Дэмьена и, переместив ее на плечо, заставил того откинуться на спину, а сам, сев на кровати и опершись на другую руку, несколько мнговений просто разглядывал его. Чужое тело, такое близкое, притягивало руки, губы, язык, и собственные желания изумляли. Желание пульсировало во всем теле на каком-то одном уровне, но не мешало думать. Склонившись, Винсент коснулся губ Дэмьена в легком, неглубоком поцелуе, а рука пустилась в путешествие по его груди, очерчивая каждый мускул, обводя соски, то едва касаясь, то царапая.  От груди рука резко порхнула к паху, медик одним пальцем провел по стволу члена, едва ощутимо обвел головку. Винсент знал, что делать, чтобы доставить удовольствие, но еще никогда он не испытывал такого искреннего желания сделать это. Страх остался, но теперь правил не он.
Не прерывая поцелуя, Винсент выходнул в рот Дэмьену.
- Нужна смазка.
Я слишком хорошо знаю, как больно бывает без нее.

Оторвавшись от Дэмьена, Винсент потянулся к тумбочке, чуть подрагивающей рукой достал тюбик смазки. Зубами отвинтил крышку, выплюнул ее куда-то, он сам не знал, куда. Зажав тюбик в руке, Винсент собрался было снова поцеловать шакала, но передумал. Вместо этого запустил другую руку ему в волосы, заставив откинуть голову, несколько секунд со страннум чувством смотрел на открывшуюся шею. Потом наклонился ниже и коснулся губами горячей кожи неподалеку от кадыка. Кожа была соленой на вкус, где-то совсем рядом билась жилка. Со смешанным чувством восторга и неверия медик аккуратно, но ощутимо закусил кожу, так, так это делал сам Дэмьен.

Спускаясь ниже и движение за движением постигая наслаждение прикасаться к кому-то и ощущать ответ на каждое прикосновение, Винсент, мешая поцелуи с укусами, добрался до груди Дэмьена. С любопытством лизнул камушек соска, чуть прикусил, очень точно дозируя боль, не позволяя ей пересилить удовольствие.
Ловко сжав тюбик так, что смазка пролилась на пальцы, он отложил тару, правда, недалеко, и, попутно коснувшись члена шакала, потерев пальцем головку, на мгновение сильно сжав основание, скользнул рукой дальше, легонько погладил яички и наконец добрался до ануса. Несколько раз обведя отверстие, гладя сморщенную кожу и этим перенеся туда часть смазки, Винсент позволил среднему пальцу скользнуть внутрь, пока всего лишь на одну фалангу, а сам поднял голову, ловя взгляд Дэмьена, не столько спрашивая разрешения, сколько жаждя увидеть его реакцию.

Зрачки Винсента сузились, он судорожно втянул воздух сквозь сжатые зубы. Словно только теперь заново обретя тело, он почувствовал, насколько возбужден сам. Каждое движение отдавалось в паху, и это было настолько ново... И этот человек рядом, его голос, его глаза, руки, его запах и то, как он смотрит, как откликается... Винсент рывком поднялся выше, не в силах ни словами, ни жестами выразить то, что испытывал сейчас к Дэмьену, впился в его губы, ворвался языком в рот, лаская небо, зубы и чужой язык, выплескивая страсть, или хотя бы часть ее. А палец тем времен вошел глубже, словно исследуя новую территорию, привыкая, потом медленно пошел назад, потом снова внутрь. Через несколько секунд к нему присоединился второй, и Винсент немного ускорил темп, понимая, что сам не сможет долго сдерживаться, но больше всего боясь причинить боль.

Сжав свободную руку в кулак и не прекращая поцелуя, Винсент следующую пару минут боролся с собой изо всех сил. От желания кружилась голова и кровь бешено стучала в висках. И все же он заставил себя продолжить движение пальцами немного дольше, стремясь подготовить Дэмьена как можно лучше. Однако вскоре он с глухим рычанием высвободил пальцы, нащупал тюбик смазки, сжав его вспотевшей ладонью, одним движеним переместился, оказавшись между ног Дэмьена, выдавил скользкую массу на свой член, смазав про всей длине. Отбросил смазку в сторону и, положив руки на колени шакала, заставляя его шире развести их, предельно медленно вошел, вздрагивая от затопивших его самого ощущений. Внутри Дэмьена было невероятно тесно и жарко, и медик даже забыл двигаться, привыкая и переводя дыхание. Но возбуждение остро напомнило о себе, и, склонившись ниже, касаясь губами ключицы шакала, слизывая соль и пот с кожи, он вошел до конца, правда, по-прежнему, очень медленно, прислушиваясь к дыханию Дэмьена и стараясь не пропустить ни одного изменения.

Стоило Дэмьену пошевелиться, как по телу Винса пробежала волна острого наслаждения. Медику даже показалось, что это оргазм, и на какое-то время он зажмурился, не в силах вздохнуть. Потом в голове немного прояснилось, и он осознал, что двигается сам, уже не в силах сдерживаться, да и телу, похоже, уже не нужны ни советы, ни контроль. Более того, оно кажется знало лучше, что именно делать. Продолжая двигаться во все ускоряющемся ритме, Винсент нащупал руку шакала, сплел его пальцы со своими, не желая отпускать. Чуть откинувшись назад, другой рукой он обхватил член Дэмьена, чуть сжал, погладил головку.
От ощущений сносило крышу.

Когда белое марево перед глазами немного рассеялось, Винсент без сил наклонился вниз, утыкаясь лбом в плечо Дэмьену. Через пару секунд заболела грудь, и он понял, что все это время с момента оргазма не дышал. С шумом втянув воздух, он собрал последние силы в кулак, оперся одной рукой о постель и скатился в сторону, спеша избавить шакала от своего веса. Очутившись на спине, Винсент закрыл глаза и постарался унять все еще бешено бьющееся сердце. Руку Дэмьена он так и не выпустил.

Чудесно.... нет, мне на ум лезут другие слова....
Отвечая на объятье, Винсент выпутался из пальцев Дэмьена, поднял руку, тыльной стороной ладони коснулся его плеча, потом перешел на шею, нащупал несколько прядок шакальих волос, начал медленно перебирать их.
Дыхание выровнялось, но тело было будто деревянным. Не закрывая глаз, ничего не говоря, медик смотрел в потолок сквозь влажные от пота, прилипшие к лицу волосы.

Не вполне уверенный в своем голосе, Винсент просто протянул руку, стукнул пальцем по пачке, потом поднес два сложенных вместе пальца к губам, понадеявшись, что Дэмьен поймет его.

Винсент принял сигарету, затянулся, чувствуя, как дым заполняет легкие.
Да скажи уже что-нибудь, идиот!
Повернув голову, медик ответил на взгляд Дэмьена и несмело, неуверенно улыбнулся. Пришло в голову, что "выпить" будет весьма кстати. Однозначно, нужно что-то, что вернуло бы мозги на место.
Винсент кивнул.

Коснувшись бокалом бокала Дэмьена, Винс приподнялся на постели, приняв псевосидячее положение, поднес свой к губам и разом ополовинил. Напиток легко скользнул внутрь, разливая по телу приятные мурашки. Очередная затяжка, и он почувствовал, что возвращается в норму. В голове разом вспыхнули все те слова, которые следовало сказать.
Винсент повернул голову к Дэмьену и тихо прошептал:
- За тебя.

Невольно рассмеявшись, Винсент сделал еще глоток, запустил руку в мягкие шакальи волосы.
- Дэмьен... уж не з-знаю, чем это было для тебя... но хочу, чтобы ты знал, как я... как я благодарен т-тебе... может, и глупо благодарить за такое...
Не договорив, Винсент наклонился и коснулся губами лба Дэмьена.
- Спасибо тебе. Со мной т-такого никогда не было... Вообще никогда.

Винсент не удержался и легонько щелкнул шакала по носу. Потом разом допил коктейль и откинулся назад, на подушку. На лице его блуждала какая-то не вполне определенная улыбка.
Кажется, ты не понял... не понял, насколько это важно для меня... ну, и замечательно. Я, черт возьми, очень рад, что ты не понял! И я рад, что тебе было хорошо. Хорошо вместе со мной...
Впервые за долгое время у Винса на душе стало по-настоящему хорошо. Пожалуй, он был счастлив.
- Так... поведай мне, как опытный неопытному, что п-полагается делать после секса?

- В таком случае я лично п-перехожу к отдыху. И намерен его немного затянуть, - беззаботно отозвался Винсент, закидывая руки за голову и потягиваясь всем телом.
Хотелось остановить время. На пару столетий, не иначе.

- П-почему отменяется? Ты же сам сказал, что семейные разборки сильно после, - в голосе медика явственно слышалась улыбка.

- Ванну?...
О да, как это привычно.... даже слишком... ты себе не представяешь...
- Нет, не хочу. Я х-хочу, чтобы ты сделал нам ванну.

Оставшись один, Винсент повернулся на бок, подтянул ноги к животу и свернулся клубком, накрыв голову руками. Так легко вообразить, что он сейчас дома у себя... как это было вчера. Где-то рядом бутылка текилы... и ванна наполняется...
Медик улыбнулся. Вчера с ним не было Дэмьена.
Что будет завтра?.... аа, к черту! Пускай завтра вообще не будет!...

- Растечься маслом п-по воде... - протянул Винсент, погружаясь в пену по самый подбородок. - А еще джунгли вокруг, лианы там... вкусных жуч-чков, тихую лагуну... и вообще, если ты сейчас сюда не заберешься, я з-засну...

Прижимаясь к Дэмьену, Винсент едва не мурлыкнул. Вовремя сдержался.
- Нет, я буду их разделывать на предмет половой принадлежности, - отозвался он. - Всегда интересовала инсектология.... и знаешь, к-кажется жутко несправедливым, что про жуков так мало мультиков.... к-когда-нибудь я это исправлю...